Модель из коллекции сложной механики Jules Audemars от Audemars Piguet

Известный парадокс: если испокон веку в обязанности каждой женщины вменялось умение хорошо готовить и шить, то почему в областях Высокой моды и Высокой кулинарии успеха добиваются в основном мужчины? Психолог на этот вопрос устало даст давно разученный ответ: «Потому что женщины хорошие тактики, но плохие стратеги, они склонны конкретизировать и не могут свободно оперировать абстрактными понятиями. В общем, они практики, а не теоретики». То есть могут хорошо испечь блины и сшить юбку-тюльпан, но создать «из чего-то такого нечто эдакое» — это удел мужчин. Собственно, по этой же причине женские имена не встречаются в истории великих открытий, завоеваний и изобретений. Не может их мысль пройти чуть дальше того, что они уже знают... Впрочем, это все действительно факты общеизвестные. Как и то, что любое правило сильно как раз своими исключениями. Что подтверждают титанши ушедших эпох — Софья Ковалевская, Коко Шанель и Маргарет Тэтчер.

Marlene от Delaneau

Яркие цвета Primary Collection от сК

Это, наверное, самый проторенный путь, каким женщины попадают в закрытый клуб высокого часового искусства. Оно и неудивительно: женщине легче стать знатоком ювелирных украшений и драгоценных камней, нежели сложных механизмов. Они с удовольствием берутся руководить ювелирными брэндами, но вот часовыми... Для этого даме нужно как минимум интересоваться часовым искусством (обычно этот интерес произрастает из атмосферы в семье), а затем она должна обладать знакомствами и связями, которыми опять же обрастает только семья потомственных часовщиков. Наиболее яркий пример удачного продолжения фамильного дела — это, конечно же, Каролина Груози-Шойфеле, дочь Карла Шойфеле, купившего в 1963 году разорившуюся марку Chopard. Нельзя не упомянуть и Жасмин Одемар, которая железной рукой управляет многочисленным кланом совладельцев марки Audemars Piguet. Чуть менее известна еще одна успешная наследница Мари-Кристина Бучелати, возглавляющая сегодня компанию Buccelati.
Впрочем, лавры Алис Леви также не дают покоя многим современным дамам, которые не хотят прятаться за широкой мужниной спиной. Говорят, что такие отношения только укрепляют брак. Например, удачливый бизнесмен покупает перспективную часовую компанию, а тут оказывается, что у его супруги в ящике стола уже давно лежит диплом дизайнера. И она начинает создавать просто удивительные вещи, щенный муж едва успевает продавать. Именно так работают компания Delaneau (креативный директор Кристина Тевена) и Adler (главный дизайнер Лейла Адлер). А бывает и наоборот: при талантливом муже его половина выполняет роль преданной Пятницы. Пока он творит, она договаривается с поставщиками, занимается бизнес-планированием и вообще ведет все «скучные» дела фирмы. Скажем, мало кто знает, что президентом знаменитой компании Alain Silberstein является совсем не Ален Зильберштейн, а его супруга Сильвия.

Впрочем, бывает и так, что девушка занимает серьезный пост в часовой ком пании исключительно благодаря собственным способностям, проходя обычный путь любой бизнесвумен из приемной в кресло совета директоров. Самые яркие примеры — президентши сК Ар-летт Эмк и Van Cleef & Arpels Изабель Гюйшо.

Особенность женского характера — в остром стремлении к независимости. Большинство бизнес-леди, самостоятельно добившихся значительной должности в часовой компании, при первой возможности оставляют теплое место ради сомнительной перспективы открыть собственное дело. О том, что из этого получается, можно судить по оригинальной и совершенно непохожей продукции марок Delance, Bedat & Co., а также Dubey & Schaldenbrand.

Lady Star от Dubey & Schaldenbrand

Однако когда мы говорим о «женских часах», то имеем в виду скорее не дам-руководителей, а тех, кто непосредственно создает эти популярные аксессуары. В данном случае, конечно же, имеются в виду не механизмы, которые по-прежнему остаются абсолютно «неженским делом», а дизайн. В последнее время эта область привлекает все больше женщин, которые хотят экспериментировать уже не с абстрактными ювелирными аксессуарами, а применять свою фантазию в сложном часовом деле. Правда, и здесь формальная независимость для многих из них остается важнейшим фактором. В отличие от Chopard и Delaneau, чье творчество тесно связано с именами их креативных директоров, многие часовые ювелирные и фэшн-брэнды предпочитают для создания отдельных коллекций приглашать независимых дам-дизайнеров. Так поступают и Van Cleef & Arpels, и Mauboussin, и тот же Ebel. А, например, хит 2003 года, самая необычная и яркая модель Bango Time от Alfex, была создана не штатными дизайнерами компании, а юной выпускницей школы дизайна Марин Крэмер.

Mauboussin Delit

Традиционно считается, что у женщин лучше всего получается создавать часы для представительниц своего пола. Что, в общем, верно. Часы, созданные женщиной, могут быть менее красивыми, менее необычными, менее сложными и интересными, но они сразу же обращают на себя внимание. И нечему удивляться: умение привлекать внимание — конек прекрасного пола. Женские часы вряд ли когда-нибудь превратятся в вечную классику, но могут стать образцом для подражания. Женские часы — это удачная идея, о которой люди будут говорить целый сезон. А потом... Потом можно еще что-нибудь придумать.

В 16 лет уже работала в компании по производству часовых корпусов в родном городе Поррентри. В 1959 году переехала в Женеву, где работала в отделе кадров крупной часовой фабрики. Именно там 28-летняя Симон познакомилась с Раймондом Вайлем, с которым в 1975 они основали популярную ныне марку Raymond Weil. В 1996 году она покинула Raymond Weil и своего многолетнего компаньона, но вместо того, чтобы удалиться на покой, 65-летняя Симон, бабушка двоих внуков, основала собственную часовую компанию Bedat & Со.

После неудачного брака, оставшись одна с двумя детьми, в 28 лет поступила на факультет журналистики Университета родного Невшателя. После нескольких лет работы в различных изданиях в 1992 году Арлетт поступила с пресс-службу Swatch Group, где проработала до 1997 года, когда концерн заключил контракт с Кальвином Кляйном на производство часов. Тогда глава Swatch Group Никола Хайек позвонил Арлетт в офис и сказал буквально следующее: «Ты знаешь марку сК? Хорошо. Потому что ты теперь президент сК Watch и у тебя есть девять месяцев, чтобы подготовить первую коллекцию». Сегодня Арлетт, помимо сК, возглавляет марки Leon Hatot и Jaquet Droz.

Родилась в семье парижских ученых и с детства мечтала также заняться академической карьерой. Однако в 1986 году, получив диплом МВА, поступила на работу в Carrier International, где в течение нескольких лет занималась и финансами, и закупками, и логистикой, и юридическими тонкостями, и коммерческой стратегией компании. В 1992 году стала коммерческим директором, а в 199б-м — и управляющим директором Cartier SA во Франции. В 1999-м компания Van Cleef & Arpels пригласила 34-летнюю Изабель на должность генерального директора, которую она успешно занимает и по сей день.

Закончила факультет декоративных искусств Сорбонны, после чего сразу же получила работу в престижной ювелирной мастерской рядом с Пале Руайаль, где ее талант сразу же привлек внимание крупнейших ювелирных и часовых компаний. Некоторое время поработав на такие известные дома, как Hermes и Ebel, в 1993 году Мари-Поль переезжает в Нью-Йорк, где 4 года создает дизайн коллекций Van Cleef & Arpels. Затем, вернувшись в Париж, после прохождения курса живописи в Академии искусств, она открывает собственное ателье на площади Вандом. Успех ей приносит создание эксклюзивных украшений, выполняемых на заказ в единственном экземпляре. Последние несколько лет Мари-Поль — главный дизайнер ювелирно-часового дома Mauboussin.

Поскольку семья Софи несколько поколений занималась торговлей алмазами, уже в 23 года девушка имела достаточно опыта, чтобы основать собственное предприятие по работе с драгоценными камнями. К 26 годам фирма Софи полностью контролировала весь процесс создания украшений: от закупки камней и разработки эскизов до финального воплощения в лучших парижских мастерских. Неудивительно, что с заказами к предприимчивой девушке регулярно обращались такие гранды, как Van Cleef & Arpels, Boucheron, Chaumet, Fred, Tiffany & Co. В конце концов глава LVMH Бернар Арно убедил Софи поменять собственное дело на должность арт-директо-ра дома Fred, откуда ее довольно быстро переманил Carrier, a затем, в свою очередь — Mauboussin, где Софи и сегодня является креативным директором.

Выросшая в Valle de Jonx, в семье потомственных часовщиков, Синетт с детства восхищалась сложными механизмами и мечтала работать в часовой отрасли. В 1965 году она устроилась секретарем в компанию Mathey-Tissot. производящую механизмы. Тогда же она познакомилась с профессором Часовой школы в Ла Шо-де-Фон Жоржем Дюби, знания которого произвели на девушку огромное впечатление. С 80-го по 1992 год Синетт работала на Адольфа Бенца, коллекционера часов и владельца марки Comor, который научил ее всем тонкостям часового дела. После смерти Бенца она три года сама возглавляла Comor, но ей не нравилось быть только наемным директором. В 1995 Синетт узнала, что ее друг Жорж Дюби, создавший вместе с компаньоном марку сложных часов Dubey & Schaldenbrand, ищет покупателя для своей компании. Ей потребовалось всего сутки на раздумье, чтобы принять решение стать владельцем собственного часового брэнда.

Знакомство с миром дизайна начала в качестве модели, демонстрируя коллекции на подиумах Chanel, Kenzo, Agnes В и Hermes. А обнаружив у себя талант художника, развила его в Лос-анджелесском геммологическом университете. Ювелирный дизайн Беатрис оказался настолько стильным и необычным, что дом Chaumet пригласил ее на должность креативного директора — первую женщину, занявшую такой пост в этой старейшей парижской компании. Однако стремление к независимости подтолкнуло Беатрис к самостоятельному бизнесу. Сегодня она производит ювелирные изделия под собственной маркой, а также создает часовые коллекции для Ines de la Fressange и Mauboussin.

Из-за трагической гибели отца Жизель в 14 лет была вынуждена оставить школу, чтобы помогать матери прокормить семью. Замужество в 22 года позволило ей продолжить учебу: она заканчивает художественную студию в университете Берна, а затем инженерный факультет в Бьенне. Способности Жизель привлекли внимание грандов часового бизнеса, и в 1987 году 41-летнюю женщину пригласил концерн SMH (будущий Swatch Group) для запуска новой марки Flik Flak. Через три года Жизель уже работает в Omega, создавая новые женские коллекции, однако ее мечта — полная независимость. Поэтому в 48 лет Жизель получает еще одно образование — экономическое в университете Невшателя, после чего в 1996 году основывает независимый часовой брэнд Delance, названный гак в память о ее отце.